kvastravel (kvastravel) wrote,
kvastravel
kvastravel

Categories:

Пёзский Волок. Рассказ - экспедиция, Пролог – 2. Доездинг. А также настроинг и параллелинг.

В начало.


Пролог – 2. Доездинг. А также  настроинг и параллелинг.


    Вечером 21 августа нам казалось, что все готово. Конечно, пару ночей перед отъездом Димон что-то варил и прикручивал, кто-то из его ребят еще починял Зеленого Уазку, возвращенного только что мной  из Чухломы, Серега уже выкидывал оттуда лишние сидения, сочувствующие и провожатые глазели на рост ящиков, мешков и канистр около машины, цокали языками, гадали, войдет или нет…
    - Это-то войдет. А вот квадр еще…
    Первая половина дня 22 августа у Димона с Серегой ушло на то, чтоб все это, включая Гризлик (ну что я, квадр да квадр, имя же есть), все-таки вошло во чрево Зеленого.  Выехали мы одновременно, я в сторону Шереметьево, Серега с Димоном – в сторону ворот базы в Кусковском тупике. На мою предвзлетную смс-ку Серега успел ответить: «едем». А по приземлении в Архангельске я получил штук по пять смс-ок от каждого из  участников похода. В том числе и от Димона, что само по себе является плохим прогностическим признаком. Приведу ее дословно: «УАЗ встал. Перезвони».



    Я еще не сразу понял, что встал он на горке у Димкиного дома на Цветном, а вовсе не на горке у Димкиной дачи на полпути к Ярославлю, попытался позвонить друзьям в Ярославль, пытался дергаться, кого-то искать, чего-то делать… А потом вдруг наступило спокойствие. А ведь это всё. Вылезли, отломились самые ненадежные детали похода, в прочности которых мы не были уверены – УАЗ и «Нептун». «Больше ломаться нечему», - подумал я, и уснул сном младенца, на все 200 уверенный, что ничего плохого больше случиться не может. Даже к завтрашней пресс-конференции готовиться не стал – что я, не расскажу то, о чем мечтаю последние полгода?

      Начиная с 23 августа все пошло, как по маслу.  Перед конференцией в Ломоносовском зале Гостиных Дворов (Архангельского краеведческого музея) позвонил Серега – грузятся в его Деф (второе имя собственное – так зовут Серегин Дефендер) с прицепом. В 11-59, за минуту до начала пресс-конференции,  приехал из аэропорта Олежка. На конференцию пришло неожиданно много народа, она приведена почти полностью тут , и  я все ж просил бы читателя заглянуть в нее – просто для лучшего понимания нашего настроения, особенно тех, кто успел посмотреть вышедший тем же вечером сюжет в «Вестях Поморья». Я и его приведу тут полностью, для тех, кто любит «почувствовать разницу». Впрочем, всё равно, спасибо.

        24 августа.  Торопиться, вроде, некуда, ребята в пути. Но и сидеть на месте тоже сил уже нет. Решаем ехать в Мезень, тем более, там нас уже ждут и проводники, и предупрежденный о наших планах музей. Вместе с нами решает ехать Анатолий Иванович, директор нашего Архангельского филиала. Он родом с Пинеги, и в селе Пинега у него родня. Это ровно половина пути, здесь он останется, а мы поедем дальше. Мы этому только рады – с некоторых пор общение с сельскими жителями на Пинеге вызывает у меня приступ  жизнерадостности, прилив сил и энергии. Наверное, я вампир…

        Асфальт, если кто знает, на этой дороге заканчивается километров через 70 от Архангельска. Затем он снова появляется, чтобы на сотом (традиционная остановка в поселке Белогорский, в круглосуточной кафешке с котлетами за 10 рублей) километре исчезнуть навсегда. До Мезени от Архангельска под 400,  на всем протяжении которых дорога – этакая гребенка, что быстрее 60 и не поедешь, да плюс все утро сегодня моросит мелкий противный дождь, и пыль из-под колес меняет агрегатное состояние, переходя в светло-коричневую жирную жижу, ровным слоем покрывающую стекла, а подпрыгивающие на гребнях колеса заставляющую скользить в поисках опоры. Так что расположенная на примерно 200-м километре Пинега – середина пути, которую мы достигаем аккурат к обеду.

        Если прямо на въезде в Пинегу повернуть направо, к реке, а потом как бы вернуться назад по берегу, примерно на полтора – два километра, можно попасть в д. Цилома, где и живет родственник нашего провожатого Анатолия Ивановича Саша. Александр Ч. Цилома – типичная деревня, в отличие от имеющей статус села, но бывшей когда-то городом, старинной Пинеги.  Саше чуть больше полтинника, он крепок и жилист, и выделяется некоторым, на первый взгляд картинным разворотом плеч – абсолютно ровная спина, как будто к плечам сзади привязали доску… Саша сразу сетует – поздновато предупредили мы о нашем приезде, женщины-то в лес ушли, так что  всё сам. Но звать обедать не спешит – перемещаясь достаточно скорыми и уверенными шагами, тем не менее, не торопится, делает всё с достоинством. Через какое-то время мы начинаем понимать, что «всё сам» - это и есть основа его достоинства, а еще через какое-то время мы понимаем и то, что «сам» означает не только «самостоятельно», но, как в бородатой присказке, и то, что «без ансамбля» - то есть, один. Вот капуста, которую он посадил сам. «Выбирай вилок себе», - это он мне. И наш продуктовый набор пополняется и луком, и морковкой, и свеклой, и картошкой. Но отказываться нельзя, потому что это же он сам…
       
        Вот тут я прервусь и поясню читателю, что я так подробно стал рассказывать о Саше неспроста. Дело в том, что на рассказ об этом путешествии нужно немного настроиться. Двигаясь от Архангельска на северо-восток, мы очень постепенно погружаемся в мир, где жизнь устроена по-иному. А село Пинега, как мне кажется, та граница, где пора уже переключить некий тумблер в голове, чтобы адекватно подключиться к сети с несколько другими, отличными от привычных нам, характеристиками.  Вообще, я, наверное, должен сразу признаться, что рассказывая об этой экспедиции, я хочу в большей степени, чем маршрутами, приключениями и находками, поделиться с вами вот этой абсолютно измененной, сдвинутой, смещенной и в другом масштабе существующей системой координат, в которой живет этот мир, к северо-востоку от Пинеги. Когда я вернусь, я, пугаясь на улицах машин и недоуменных взглядов людей, с которыми нечаянно поздоровался или которым просто улыбнулся, очень остро буду  ощущать, что это наш, а не их мир перевернут, растянут и искажён. Что это в нашем мире нельзя просто провести параллели и представить на воде Москвы-реки скользящую лодью летом, или задорный смех и кулачный бой на ее льду зимой. А в Пинеге уже можно, не говоря уж о Пёзе, на которой возможно одновременное сосуществование ведомых новгородцами варягов 11 века, многочисленной рати Ушатого, идущей Волоком, чтобы соединиться с отрядами Бражника и Курбского в 15 веке, ватаги злодея Зажоги, убегающего в сторону Волока от возмездия лешуконского крестьянина Пашко 17 века, сидящего под самодельным  навесом над дневником, исписанным аккуратным немецким почерком в лодке, влекомой идущими по колено в майском снегу крестьянами Александра Шренка в веке 19-ом, посыльных адмирала Колчака, пробирающихся к занявшим Архангельск интервентам начала 20 века, и уставших от постоянных завалов, но нашедших силы для переноса в музей колоды, «ушкуйников» конца века предыдущего. Представляю, какими глазами должны смотреть все вышеперечисленные люди, повернув головы на звук мотора идущего по Волоку квадроцикла века 21.

      В этом измерении и сейчас живут люди. Будут и другие, просто Саша - первый.
      - А это – баня, рассказывает о своих «самоделках» Саша. – Печь я тоже сам.
      - Печь-то сложно, небось?
     - Дак, что ж сложного? Я и дома переложил. Дом-то старый, я его приподнял, выровнял, венцы заменил. Дак и печь заодно уж. Пойдем в гараж сначала. – В гараже – рабочая лошадка, трактор Т-25,  -   Сам за ним ездил. Только вот беда, не делают к нему ни плуг, ничего. Я вот сам сделал, смотри! У меня весь район потом чертежи срисовывал, работает, как миленький. Трактор – первое дело, всё на нем.
      - У него корреспонденты интервью брали, а с завода инженеры приезжали, - комментирует мне Анатолий, а сам дергает Сашу за рукав,  - веди гостей в дом-то, накорми, а то всё рассказами кормишь, а им ехать ещё.
        - А что, новый-то дом не пойдем смотреть? – обиженно спрашивает Саша.  – Я его сам строю…
Идем. Недалеко от старого – сруб нового дома, он подведен под крышу, но еще не пропилены окна и двери, поэтому и внутрь приходится попадать, подлезая под сруб через лаз. Саша вдохновенно рассказывает о том, где будут спальни и кухня, и откуда будет чудный вид на Пинегу, а у меня на языке один вопрос.
      - А что, дом тоже сам? В смысле, один?
      - Дак, вот, сложно дом одному, - сетует Саша. – Но ничего, я приспособился. Вот, смотри: сюда трактором, здесь блок, эдак заведу один конец.  В этом году приспособился. В прошлом-то не мог, руку повредил…
      -  А сейчас прошла?
     - Да где там – показывает он на плохо гнущиеся пальцы, - немного поджила, да и я приспособился, я вот эдак ей, - и он показывает, как он заводит негнущуюся руку за спину…

      Женщины пришли с грибами, и за столом – картошка, грибы, жареные и соленые, и сковородка вкуснейшей речной рыбешки. И окуньки там, и сорожка. Всё сегодняшнее, сам сегодня с утра сетки проверил.
      - Ну, по одной за знакомство?
После «по одной» разговор пошел веселее. Вот, например, пять запомнившихся из него сюжетиков - рассказок, локальное, так сказать,  «Ребятам о зверятах».
          «Утки».
      - Эхх, ребята! Знал бы, что приедете, уток с собой дал бы. Вчера ездил на тракторе, вижу – утки. Ну, две-то стрельнул. Дак ветер был, их за озеро отнесло. Не стал раздеваться, лазить за ними. Знал бы, что вы будете – слазил бы.
      - А так что, пропали?
      - Да не, ты что. Кто ж их возьмет-то?  Завтра на тракторе с той стороны заеду…
      - А собаки-то не было?
        «Собака».
      - У меня отличная собака. Только молодая ишшо, дак в воду лезть-то не хочет… Вот я ее и обучаю. Как обучаю-то? Дак, стрельну утку, разденусь, да принесу ей. А как же? Надо ж всё самому показать…
      - А часто на охоту-то ходите? Много зверя?
      - На охоту… - передразнил Саша. – Идешь по делам, дак и принесешь что.
        «Заяц»
      - Вот, пошел я в лес. Грибов набрал – дак чижало идти. Гляжу, прям на тропинке – заяц. Стоит, смотрит. Ну, я и его принес домой.
      - Как принес?
      - Ну как, как. Поймал, и принес.
      - А что, с ружьем, что ли, за грибами-то ходите?
      - Да с каким ишшо ружьем? Так принес. Загонял и принес.
      - Как загонял?
      - Да что ж ты непонятливый, дак? Ну он от меня, я за ним. Он опять от меня, я опять   за ним. Вот, и загонял. А еще сижу вот в лодке на озере…
        «Олень»
        … Глядь – рога плывут, прям в воде. Подплыл к ним – а то олень. Ну, я ножом его. Вот, с мясом теперь.
      - Да ты про зиму-то, про куропаток, - вступает  снова в разговор Анатолий Иванович.
        «Куропатки».
      - Зима. Вот, он за рулем (показывает пальцем на Анатолия). Да что я – ты и говори.
      - Ну да, зима. Я за рулем, метель – еле дорогу видно. А сзади – Саша сидит. Вдруг, как крикнет мне – «А ну, стой!» А сам окно открывает. А карабин у него пятизарядный. Только остановился – а он «бабах, бабах, бабах, бабах, бабах». Стоим, тишина. Минуту стоим, другую. А потом он и говорит: «Что, долго стоять-то будем?» - «Дак, а что?», - отвечаю. «Что, что. Лыжи одевай, да за куропатками дуй». Одел я лыжи – пошел в указанную им сторону. Приношу четыре куропатки. «А пятая где?», -  «Дак, всё обыскал, нету…». «Ээх, - произносит Саша, - ладно, я сам». И через пять минут возвращается с пятой.
    Были ли еще рассказки… а может, и были. Хотел, например, схватить Саша убитую утку из воды, да промазал, рукой-то. Руку вытаскивает, а в ней окунь трепыхается…  А, может, и не было. По второй?
      - Вы, ребята, пейте.  А мне еще самому  работать нужно…

    Тогда и нам надо двигаться – по пути у нас еще паромы, а они в это лето в темноте не работают. Проезжаем Кулойский канал, рассмотрев в этот раз здание управления. Потом Кучин Нос. Притормаживаем у Олмы, без труда находим просеку, по которой в марте выбирались из подтаявшего Кулоя через лагерные бараки урочища Игнашево. Вот и граница Мезенского района. И точно по границе административной – граница природная, небо с той, мезенской стороны, чистое, а лес и дорога освещены солнцем. Пожалуй, тоже знак.
    Через широченную у Кимжи Мезень в этом году понтон. А вот через Пёзу – паром. Раньше, вроде наоборот было. Смешной паромчик через Пёзу вмещает в себя пару-тройку машин,

зато работает «по факту»: подъехала машина – он и едет. Через большие реки – сложнее, там расписание. Разглядываем Пёзу. Такая вот она здесь, в районе своего устья.

Видно, что вода-то уходит. Неужто опоздали немного?
    В Мезени – череда ремонтов. Ремонтируется выложенная бетонными плитами центральная улица – плиты выковыривают, переворачивают другой стороной и укладывают на место. Ремонтируется музей – старый дом, где он помещался, где нас встречали в марте и вселили такой интерес к путям поморов - перебирают; музей же занимает одну комнатку в здании, на первом этаже которого расположены бани. Встретивший нас Николай Окулов провожает в квартиру в двухэтажном деревянном доме прямо за банями, которую использует как гостиницу отец Владимир, местный батюшка, когда к нему приезжают паломники. Но сейчас в Мезени нет ни батюшки, ни паломников, и мы с благодарностью останавливаемся там на ночь. Водопровод, к которому подключен этот дом, тоже ремонтируется, поэтому берем ведра и идем за водой в дом Николая, ибо окрестные колонки тоже подключены к тому же водопроводу. Уже вечером созваниваемся с ребятами на Дефе – они остановились на ночь около парома через Двину у Холмогор – Усть-Пинеги. Это большой паром, и он ходит по расписанию.


продолжение (Пролог-2, с 25 августа) следует...
Tags: Архангельск, Пёзский волок, кольцо, по России, путешествие
Subscribe
promo kvastravel january 15, 17:01 1
Buy for 10 tokens
Есть. После некоторого дружественного футбола (зачеркнуто) обмена мнениями с издательством, книжка "Были и небылицы" (Серия "Мои Кольца. Мозаики") опубликована в Ридеро, Там она уже есть и ее можно купить, а в Литресах-Озонах-Амазонах и прочих апсторах появится через недельку.…
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments