Previous Entry Поделиться Next Entry
Славянское кольцо. Часть 2
kvastravel

в начало

А приднестровцы переписали нас в амбарную книгу от руки, спросили, куда едем дальше и, при слове Кишинев (транзит!), выдали клочок бумажки со штампиком, который надо было вернуть при выезде. Пограничник, на вопрос, можно ли покушать в Приднестровской Молдавской Республике за рубли, отвечает, оживляясь – конечно. Но лучше поменяйте – в городе. В общем, ешьте – не пожалеете.

Через двадцать километров после этой процедуры мы попадаем на развилку с круговым движением. Направо пойдешь – в центр Дубоссар попадешь, налево – дорога ведет в Тирасполь – столицу непризнанной Приднестровской Молдавской Республики. А прямо выезд из кругового движения перекрывает шлагбаум. За ним – нейтральная полоса по берегам Днестра, занятая российскими миротворцами и, собственно, Молдавия, обычная, не приднестровская. Сделав традиционный кружок по круговому движению, едем сначала в центр Дубоссар. Дубоссары на вид – обычное, довольно благоустроенное по советским меркам южное село с квадратными арками газовых труб.

Тоже вот меня всегда интересовал вопрос. А почему Советский Союз газифицировал села сначала на юге? Видимо, заранее понимая нужность сельских поселений для сельского же хозяйства на юге и бесперспективность их на Севере… А еще, к вопросу о газе, бросилось в глаза, что большая часть машин, встретившихся нам на пути в Приднестровье и прилегающей к ней Украине, имели российские номера 86 региона. Ну конечно, здесь же идет магистральный газопровод в Европу, и многие строители – рабочие еще тех, советских газовых строек – выходцы из Молдавии, осевшие на Севере, но приезжающие постоянно домой. А дороги в Приднестровье еще хуже соседних украинских. Наверное, это самые плохие встреченные нами за всю поездку дороги. (Потом, в Румынии, обнаружим треснувший экран на Иркином телефоне, лежавшем в бардачке, поломанные ушки крышки ее же ноутбука, жившего в багажнике в сумке, а через неделю по окончании поездки потребовал замены экрана и основной коммуникатор).

Центр Дубоссар – площадь в советском стиле с неизменным дедушкой Лениным. Напротив – кафешки, в которых мы и решаем пообедать. Меню – на любой вкус. Хочешь – украинский борщ, хочешь – куриный бульон (Лельке), а можно и харчо (нам). А на второе просим что-нибудь местное и получаем нечто мясное (типа ассорти), название чего нам не запомнилось. Но вкус до сих пор перед глазами. Т.е. на языке. С удовольствием берут плату в российских рублях (родственники в России работают) и объявляют приговор – 500 рублей. Это на троих и с пивом… Вдогонку получаем совет – не забудьте заправиться. Снова возвращаемся на круг, в сторону Тирасполя в 100 метрах от круга – заправка. На ней – огромный плакат сравнительной стоимости бензина в ПМР и соседних Молдавии и Украине. Да еще и в пересчете на 6 валют (рубли ПМР и российские, гривны, молдавские леи, евро и доллары), чтобы уж совсем сомнений не было. В наших рублях получается 24 рубля за литр. Действительно, как в России. Но принимают к оплате только рубли ПМР. Ехать менять не хочется, вспоминаем, что по пути к кругу была еще одна заправка. А девчонки еще и мороженое присмотрели на заправке, но раз уж бензин за рубли нельзя, то мороженое и подавно. А мороженое захотелось потому, что, наконец-то, стало жарко. А то всю Украину 19-21, как будто не на юг едем.

(Сейчас снова будет пассаж про место написания. Молдавия описывается в самолете Тиват – Москва, а это значит, что отпуск уже завершен, что позади 5000 км по неизведанным Балканам и неделя чумового прозрачнейшего теплейшего Адриатического моря на полуострове Пелешац в Южной Далмации. И за окном Черногорское солнечное побережье сменилось облаками, которые уплотняются по мере приближения к Москве. Это значит, что отпуск кончился. Вместе с теплом, которое началось в Приднестровской Молдавской республике. Нет, кончился он только у меня, девчонки еще 10 дней будут нежиться на пляже, после чего им предстоит еще вернуться).

На второй заправке парень радостно сообщает – а платите, чем хотите. Пока заправляюсь – женская половина (две трети) появляется с мороженым – за углом им его с удовольствием продали за рубли. Одно досадно – не привезли с собой ни одного приднестровского рубля в качестве сувенира. Больше так промахиваться не будем – в нашей копилке будут валюты всех пройденных стран – молдавские и румынские леи, болгарские левы, албанские леки, македонские динары, хорватские куны. Вот только косовской и черногорской валюты нет – там официально в обороте евро. Да боснийскую валюту мы не идентифицировали – несколько километров Боснии, отрезающей Южную Далмацию от остальной Хорватии, мы проехали в сумерках, поужинав вкуснейшей рыбкой в единственном на боснийском побережье городе Неум и расплатившись карточкой.

 Пограничник снова что-то переписывает в свою амбарную книгу и желает нам доброго пути, и чтобы мы передали, что в ПМР все очень хорошо, все говорят только по-русски и без акцента, что вкусно и что можно приезжать просто так, а не транзитом.

 За Приднестровскими пограничниками – колючая проволока, за которой, закрытые камуфляжными чехлами, стоят наши бронетранспортеры. Въезд на мост. В будках на мосту через Днестр наши миротворцы, которые радостно отвечают на приветствия. Видимо, все-таки не так много наших машин здесь проходят. Но снимать нельзя. Справа от моста, по которому мы едем, полуразрушенные опоры старого моста. Наводит на грустные мысли. Выезд с моста на молдавской стороне также охраняется российским постом на БТРе. Все.

 Молдавия встречает нас будочкой около дороги, около которой «пасутся» штук пять очаровательных молодых щенят. Общение с ними в промежутках между пограничными формальностями отвлекло меня, и я пропустил удар в виде развода на оплату не то экологии, не то транзита на сколько-то рублей без квитанции. Ну, пусть это будет платой за щенячий восторг девчонок. Таможенник задает вопрос, а есть ли у нас с собой алкоголь, ну, вино, например. Конечно, отвечаю я, почувствовав подвох. Таможенник расплывается в улыбке – дескать, я просто за вас беспокоюсь. Такое далекое путешествие, и без вина. «Токо для сэбэ», потихоньку говорит Ирка, но таможенник уже не слышит. А настроение он нам приподнял. Хм. Однажды возвращался я один на машине из Крыма, оставив там на отдыхе своих девчонок. По боковой дорожке (Sic!, кажись Грайворон) приехал я к скучающему нашему таможеннику на российско-украинской границе, забив багажник машины по пути дешевыми украинскими овощами и фруктами. Одних арбузов в Мелитополе больше десятка купил, лук, перец, огурцы, помидоры… страж границы спросил, открыв дверцу багажника и поймав покатившийся ему в руки арбуз, знаю ли я, что нельзя провозить без уплаты пошлины больше 30 кг на человека?

– Знаю.

– А сколько у тебя в багажнике?

– Ну никак не больше 30 кг, – ответил я ему.

– Так. С весом определились, – сказал он мне, рассмеялся и пожелал счастливого пути. Люди при исполнении! Ну будьте же вы человеками, как тот российский или этот молдавский таможенники! Ну не жулики же мы, не ловите вы нас всех! Глядишь, и очереди на таможнях уменьшатся!

Теперь едем по Молдавии. Дорога улучшилась, на ней появилось движение, в основном, правда, в виде Жигулей и Москвичей. Путь наш лежит в Кишинев, до которого от миротворцев чуть больше тридцати километров. Дорога становится ровной, потом многополосной, молдавские мелодии баюкают Ирку, и она окончательно засыпает. Вот и Кишинев. Сначала – безликие советские многоэтажки, с каким-то южным колоритом, потом центр. На удивление зеленый и симпатичный, с милыми, слегка покоцаными домишками. Центр очень уютный, зелень которого смыкается над улочками живым потолком. Центральный проспект с президентским дворцом. Достаточно помпезно. Пару раз пропускаем указатель Макдоналдс, что на нашем языке означает «пИсать хотите?». Но Лелик не поняла подвоха, а Ирку разбудить не удается. Так она и проспала весь Кишинев. Уже на выезде из Кишинева Лелику Макдоналдс стал невмоготу, пришлось воспользоваться Лукойловской заправкой. Отмечаю, что карточки здесь принимают. Вообще, Кишинев по сравнению с ПМР выглядит куда более цивилизованным. Но, конечно, еще не Европа. Что на границе, что на заправке, что потом везде в Молдове отмечаем, что по-русски говорят все, причем правильно и без акцента. Нет, говор, конечно, другой, южный, но это русский, а не суржик или что-то там еще.

Ну что ж, еще 70 км Молдовы – и Румыния. Откуда-то у нас появились молдавские леи. Ах да, на границе мы на них обменяли гривны. Значит, можно купить арбуз. Покупаем его. Придорожная торговля здесь присутствует – арбузы и дыни. Хотелось бы молдавских помидорчиков, но их не продают. Дорога, тем не менее, петляет по всхолмленным возделанным полям, проходя (обходя?) населенные пункты. Вот и указатель на последний из них – Леушены. На перекрестке, с которого в обе стороны уходит дорога к виднеющимся и там, и там домикам, стоит (сидит в инвалидной коляске) калека, у которого мы и спрашиваем, в какую сторону магазин. Он, с трудом управляя рукой, показывает влево. Действительно, дорога приводит к магазину. Беднейшее сельпо с ассортиментом времен советского дефицита. В магазине – набор бакалеи, один сорт заветренной колбасы, тут же промтоварный отдел. Да, перед этим пару раз заезжали в предыдущие села в надежде купить Лелику молока. Ан нет. Стада пасутся, а в магазине нет. Да и рыночков нет, или уже не время для них? Та-а-а-а-к. Арбуз с дыней у нас есть, а вот ножа-то нет. И леи есть. Промтоварный отдел закрыт. Спрашиваем, есть ли где еще. «Да, на той стороне посмотрите». Ответ уже с трудом и с жестами. Ну, хорошо. Снова мимо калеки, с той стороны магазин, действительно, чуть дальше, т.ч. не обманул, покупаем нож и еще чего-то (а, батарейки для Лелькиных «ушей» - наушников от автотелевизора), оставшиеся пару лей отдаем калеке, проезжая мимо него в третий раз. Он настолько рад и благодарен, что создается впечатление, что мы первые, кто ему на этом перекрестке вообще чего-то дал. Через пару километров - пограничная территория и заправка. Молдавский бензин должен всяко быть дешевле румынского, думаем мы, и заруливаем туда.

– Карточки принимаете?

– Да, только надо бы попробовать, сработает Ваша, или нет.

– Ок, – говорю я и протягиваю свою.

– Да, заправляйтесь, – кивает молдаванин, что я и делаю и иду платить.

– ПИН–код? Оппа. А я этой карточкой всегда без ПИНа плачу, я его давно забыл. А ПИН я знаю у другой. Пробуем другой. Ответ – нельзя (Циррус–электронный Мастер – не принимаем) А Иркиной? А у нее полоска этим аппаратом не читается… а есть еще сберовская Visa, она читается, но это рублевая зарплатная…. Но нет безвыходных ситуаций, и я девяносто шестым чувством вспоминаю, где у меня может быть записан ПИН. Точно. Теперь не читается и моя полоска. Еще. Еще. Еще. ПИН. Есть! Все это время молдаванин-заправщик был совершено невозмутим, ни коим образом не упрекнув нас за бестолковость и даже потом извинился за то, что у него такой старый аппарат. Ну что, в Румынию?

Молдавских пограничников проходим легко, хотя на этой границе, как и на всех предыдущих, надо бегать самим. Таможенник традиционно просит открыть багажник и традиционно же машет рукой – езжайте. На этот раз без пассажей про вино. К румынам подъезжаю с некоторой опаской – ведь безвизовый транзит обладателям Шенгена они ввели только весной, и я готовлюсь объяснять, почему нас нужно пустить. Но нет. Пограничник ставит штамп и напоминает, чтобы я проконтролировал, что на выезде будет поставлен такой же, а то будут потом проблемы
читать часть 3


?

Log in

No account? Create an account